МЕЧТАЯ О ХОРОШЕЙ ШКОЛЕ…
19.12.2017
ИНТЕГРАЦИЯ УЧЕБНОЙ ИНФОРМАЦИИ
19.12.2017

ДЕЛО БЫЛО В АЗОВКЕ…

(пособие для сдвинутых учителей и нормальных родителей)

В мае 89-го становится ясно, что мне надо искать другую школу. Это само по себе дико, да и мест подходящих нет. А педагогика продолжает творчески бурлить. По телевизору – очередная встреча в Останкино, с Михаилом Петровичем Щетининым. Он блестящ и чертовски заманчив. Таня и говорит: “Вот ради такой школы для наших детей я бы могла бросить всё”.

…Через сутки я бродил под грецкими орехами, которыми буквально укрыта станица Азовская, и восторженно лицезрел щетининскую школу – ЦКФЛ, центр комплексного формирования личности.

Восторгаться было чему. Двухэтажная сельская школа вся разрисована руками детей. Везде бродит какой-то приезжий народ с профессорскими знаниями. С тобой говорят о биологических аспектах танца, об истории культуры, о философии космизма. Дети строят какое-то здание, теплицу, возятся с лошадьми. Завучи со страшной деловитостью организуют всю эту суету и планируют будущее. Все уверены, что через год-два здесь будет красивый посёлок для учителей – проект уже делается в Москве.

Прилетевший через пару дней Михаил Петрович (далее – Шеф, как звал его коллектив) спросил: “Вы можете всю школьную биологию преподать за три недели?” И этим купил меня окончательно: да кто ещё, кроме меня, это сможет?! Через две недели, бросив первую очередь на четырёхкомнатную квартиру, мы переехали в турлучную хату, заросшую крапивой и увитую виноградом сплошь. Треть гектара земли окаймляла лесополоса из слив и вишен, а на покосе цвели орхидейки. Я был на седьмом небе. И началась ужасно бурная, интересная жизнь.

Эксперимент продержался четыре года. После Щетинина в Азовке образовался педагогический лицей во главе с Виолеттой Сергеевной Лукьяновой – ярким, творческим директором. Сейчас это – центр всей экспериментальной работы юга России. Мои дети, начав с ЦКФЛ и пройдя все катаклизмы, в конце концов стали лицеистами, закончили учёбу в 15-16 лет с медалями и поступили в вузы. В лицее человечно, активно, уютно и научно: используется система концентрированного обучения. То, что технологически заложил Шеф, за десять лет приведено к практичному и рабочему состоянию. Рассказывать об этом подробно – целая книга получится. Посему, ограничусь чисто педагогическими вопросами периода ЦКФЛ.

Каждый год Шеф вводил новые элементы технологии. К концу третьего года эксперимента школа потрясала своей необычностью всех приезжих. В виду большого разнообразия, аспекты наработанной технологии довольно трудно систематизировать, и я просто перечислю их в произвольном порядке.

ЦЕЛЬ И ОСНОВЫ ШКОЛЫ

Декларируемая цель школы вырисовывалась из года в год, дополняясь разными образами и эмоциями. В целом картина такая. В давние времена на Земле произошёл катаклизм, и человек потерял свои божественные способности – духовность упала до нуля. Это и есть – мы. Кругом – “индустрия пустоты”, криминогенная среда, “Россия гибнет”. Образование также уничтожает интеллект и опустошает души. Мы – единственная школа, которая повернёт этот распад вспять, возродит “русский дух” и создаст настоящих, полноценных людей – людей будущего. Согласитесь, это круто.

Развитие личности мыслилось с начала до конца: в ЦКФЛ входил детский сад, школа и несколько вузов, работавших с нами по договорам.

В основе обучающего процесса — “принцип природосообразности”. Ритмика работы отталкивалась от церебральных ритмов мозга и естественных циклов, учёба учитывала смену полушарной загрузки, темп развития определяли сами ребята, куча практических дел дополняла учёбу. Природосообразность – то, что надо. Она даёт колоссальный эффект. Именно эта часть технологии заслуживает самого широкого развития и применения.

Учебный материал был напрочь пересмотрен. Вместо фактажа упор пошёл на понимание причин, смысла. Любой предмет должен был формировать общее философское мировоззрение. Его основа — Шарден, Чижевский, Циалковский, Вернадский, русские космисты и идеи Шефа. По сути, каждый предметник создал свой авторский учебный курс. Недостаток у наших курсов был один: они и близко не напоминали то, что нужно для поступления в вуз. Но у нас ведь – свои вузы. Поступление в экспериментальные вузовские группы было обещано, и мы не волновались об этом.

В основе воспитания – “закон целого”: “если элемент отсекает целое, то целое отсекает элемент”. Это называлось словами “соборность”, “общность”, “внимание на личность”. Сначала это помогало сформировать коллективы, общий дух и чувство локтя. Но уже в начале третьего года “закон целого” стал оправданием довольно жёсткого идеологического давления: кто не с нами – тот предатель. Или спасай гибнущую Россию – или уходи. Но об этом – позже.

РИТМИКА ШКОЛЬНОГО ПРОЦЕССА

УЧЁБА задумана как семилетний цикл, где седьмой год – творческая практика с защитой. Подтверждаю: при грамотном обучении семи лет вполне достаточно для полного развития, и можно смело переходить к профессиональной учёбе.

УЧЕБНЫЙ ГОД состоял из шести периодов по шесть учебных недель. Седьмой период – творческие летние каникулы. Разумно и практично.

Каникулы проводились обычно в выездном лагере, на стройке или в других делах. Шеф старался удерживать ребят в поле зрения постоянно. Месяц отлучки мог “испортить” их, пустить насмарку полгода “воспитательной работы”. Испортить — что?.. Это как-то заставляло задумываться.

ПЕРИОД – шесть учебных недель. Седьмая неделя – каникулы. Опять же, умно и практично. В каникулы редко, кто балдел. Это мог быть просто отдых, но отдыхать было некогда: авральная стройка, выезд с отрядом, репетиции или дополнительные занятия по интересам – дел было невпроворот.

УЧЕБНАЯ НЕДЕЛЯ – это ПОГРУЖЕНИЕ. Всю неделю изучается один предмет, одна наука. Шеф и стал первоначально известен, как автор метода погружений. Вообще-то, обучение большими блоками использовалось в некоторых русских гимназиях ещё в начале века. Но мы довели метод погружения прямо-таки до состояния образа жизни.

Наша неделя – это шесть дней работы и выходной. Шестой день – зачётный, итоговый. Учебных дней – пять. Каждый день – по три часа науки, разбавленные тремя часами чего-то образно-двигательного. Блок обучения – 15 часов. Это очень много – если дни и часы тоже расписаны по минутам.

УЧЕБНЫЙ ДЕНЬ – шесть учебных часов. Трип из них – наука, цель погружения. Между научными часами – три “разбавочных”: музыка, изо, труды, физкультура, хореография, пение. Такой торт “наполеон”.

УЧЕБНЫЙ ЧАС – 35 минут. Опять-таки, дело в мозге. Внимание может быть направлено не больше 9 минут – дальше мозг отвлекается и внимание рассеивается.

Наш лекционный час – это 2 + 9 + 3 + 9 + 3 + 9 минут. Три блока информации по 9 минут, разбавленные паузами, чтобы мысли отвлеклись, внимание отдохнуло, а информация “упала на дно” и улеглась. Паузы – правополушарные: берёшь гитару и поёшь, или – картинки, слайды, какая-то ассана йоговская, а то и просто музыка. Внимание ребят не ослабевает до конца, и держать аудиторию очень просто. Нужно только привыкнуть к такому ритму.

Но не все часы были одинаковыми.

ЦИКЛИЧЕСКАЯ ПОДАЧА МАТЕРИАЛА

Три часа науки – это информационный час, экипажная работа и отчёт.

Первый час – выдаёшь ты. Второй час – разработка и углубление выданного. Третий час – ребята выдают в ответ, отчитываются. Это очень умно. Таким образом завершается цикл общения: ты им – они тебе. И все чувствуют, что нужны друг другу. И ребята видят смысл работы.

1. ЛЕКЦИЯ, информационный час. Цель: выдать суть, основу и главные детали темы – и обязательно на фоне всплеска эмоций. Так, чтобы запомнилось, въелось в память. Это – действо, драматургия. Столы – амфитеатром. Удивить, ошарашить, растрогать, озадачить – всё годится. Надо скромно заметить, что через пару лет мы в совершенстве освоили искусство связывать травинку с космосом. Иногда мы просто “играли в бисер” — например, урок физики на философии Бердяева, или урок биологии на романтической поэзии Джебрана. Космическая философия “целого” наполняла математику и естествознание, рождалась интересная философия языка. Такие уроки вышибали слёзы у присутствующих гостей. Мы гордились этим. Хорошо проведённый информационный час – огромное удовольствие!

Половину успеха лекции могла дать ЗАТРАВКА – те самые первые две минуты. Затравка интригует, озадачивает, включает аудиторию. Это какой-то анекдот, притча, случай, проблемная ситуация. Выслушав её, народ должен стать в стойку: ну и?.. И тогда можно начинать лекцию.

ТРИ – основа цикличности. Три девятиминутки – обычно три главных аспекта темы. Любую тему можно поставить на “трёх китов”. Три – это законченность. Это легко запомнить и логически увязать. Великолепный, практичный способ выстроить материал. Не “притягивать за уши” — а просто выбрать, а если нет – выдумать три аспекта для темы. Это удобно для обучения – значит, оправданно. Ведь любой предмет можно рассматривать по-разному. Например, вся моя биология состояла из трёх блоков: “биосистема” (организм), “экосистема” (дарвинизм и экология) и “ноосистема” (человек). И никто не в праве сказать, что такая биология хуже какой-то иной.

Обычно три части лекции представляли собой разные точки рассмотрения одного общего закона. Теза – одна точка зрения, затем антитеза – другая точка зрения, и синтеза – третья: обобщение, выход на общий знаменатель. Рассмотреть что-то с разных сторон, обнажить главное – и есть циклическая подача материала. Например, общее для “био- эко- и ноосистемы” — общие законы жизни систем, законы синергетики.

Кульминация лекции – обнаружение этого общего. Философское обобщение. Небольшая пауза – осмыслить. Музыка. Всё, брысь на хореографию! Ничего не надо больше говорить: к следующему часу всё уложится в голове, как миленькое!

Умело проведённая лекция не была обучением в строгом смысле: философские изыски и чувства – дело вкуса. Но она качественно решала другую задачу – приобщения. Подробнее об этом – в главе 2.

2. ЭКИПАЖНАЯ РАБОТА. Столы сдвигаются по два, вокруг них – по 4-7 человек. Это экипажи. Обычно они сдруживаются, срабатываются и остаются надолго.

На каждый стол – лист с кучей заданий. В моём случае – проблемные ситуации, хитрые вопросы, задачки, точные определения, прорисовка схем и опор. Времени – в обрез, и народ работает. Общаться по делу разрешено. Учитель только наблюдает и помогает при затруднениях. Тут главное – успеть всех отследить, убедиться, что задания выполнены и что пассивные тоже всё поняли. Работать заинтересованы все: в конце недели – зачёт!

3. ОТЧЁТ. Мне было легко готовить этот час – опыт уже был. Отчёт – это выплеск того, что ребята наработали. Это викторина, кроссворд, решение хитрых задачек на время. Экипажи соревнуются, я с секундомером “веду шоу”, а у лидеров повышается шанс получить хороший зачёт.

Осталось сказать, что, поскольку учебников мы почти не использовали, лекция и экипажка сопровождались разными иллюстрациями, опорными схемами и рисунками. Я рисовал на доске прямо по ходу лекции – это гораздо эффективнее для понимания и запоминания.

НЕДЕЛЯ – это пять лекций. Можно дать пять разных тем. Но это будет линейная подача. Посему мы старались выстраивать материал по схеме: А-Б-С – А`-Б`-С`. Три первых дня – это три главных темы, три аспекта. Четвёртый день – как бы расширение или иное рассмотрение первого. Пятый – второго. А на зачёте обычно шло обобщение всего пройденного, как бы расширение синтезы “С”.

Не думайте, что это так трудно выстроить. Фактически, любую тему можно представить, как новую – а можно, как расширение или вариант старой. Например, эволюция – это тот же организм, но во времени. Экосистема – та же биосистема, но состоящая из разных организмов. К счастью для учителей, научное видение мира не имеет никаких чётких границ – мир един. И мы можем подавать его, как нам вздумается.

КУРС для общего образования – это три недельных погружения. Та же цикличность. Четвёртая неделя – обобщающая и зачётная. Обычно эти три недели раскидывались по трём периодам, и перерывы между ними были длинные. Тем не менее, оказалось, что ребята легко вспоминают прошлое погружение: достаточно зачитать его “краткое содержание”, как всё становится на места!

СМЕНА СЕНСОРНО-ПОЛУШАРНОЙ НАГРУЗКИ

Чрезвычайно эффективный момент технологии.

Полушария мозга отвечают за разную работу. Наука, знаковая работа – в основном левое полушарие, образы, эмоции, ассоциации – правое.

Один час – знаковый, другой – образный или подвижный. Меняется нагрузка – мозг успевает отдыхать и не устаёт. “Смена работы – это отдых”. Это так — если меняется активное полушарие. Действительно, ребята вообще не уставали к концу дня! Учитель – тоже: ведь все часы по форме разные. Казалось, можно учиться ещё столько же. И многие учились – если была нужда.

ОБУЧЕНИЕ ПО ИНТЕРЕСАМ
(ДИФФЕРЕНЦИРОВАННОЕ)

Отряды набирались по интересам: физики, математики, историки, филологи, биологи.

Трёхнедельный курс для общего образования — если предмет для тебя не профильный. Так проходили биологию математики, литераторы, физики. Зато мои биологи занимались ею постоянно. Они ездили со мной по дендропаркам, работали в лабораториях, рассматривали кучу книг и узнавали фактически всё, что я сам знал и считал ценным. За два года мы освоили всю школьную биологию с кучей добавок. На экзамен ребята готовили 60 вопросов моего курса – и многие сдали блестяще. В конце второго года доцент Шуйского пединститута, биолог, пообщавшись с моими ребятами, сказал: “Дайте мне ваших самых слабеньких – это будут мои лучшие студенты”.

Учёба по интересам – очень разумная идея. Однако, даже такой уровень понимания предмета не давал ребятам шансов поступить – вузы требуют зубрёжки учебников, а на понимание им начхать. Кроме того, три недели языка или математики – явный тупик. Мы оставили по шесть недель, но и этого было мало. Эти базисные, навыковые предметы требуют постоянной тренировки. Мы не успели отработать этот момент, но я уверен, что он решаем.

РАЗНОВОЗРАСТНЫЕ ОТРЯДЫ

Один этот момент создал в школе колоссальный энтузиазм в учёбе и поднял всем настроение.

Самое страшное в классно-поурочной системе – запрет на свой темп продвижения. “Слабые” – это те, кого гонят, не давая разобраться. Да они не слабые вовсе! Они просто всё делают не так быстро. Ещё страшнее, что сильных, способных – тормозят. Вот они начинают конкретно с тоски дохнуть – а иногда и дуреть. Шеф снял этот запрет: критерий продвижения в учёбе – не возраст, а способности!

И отряды быстро стали разновозрастными. Осталось только деление на младшую и старшую параллель. Можно было ходить на нужные погружения в другие отряды. Если, например, биолог на отлично сдал общеобразовательный курс по истории или физике, он имеет пятёрку в аттестате и может больше не посещать эти предметы.

Крайность?.. Посмотрим. 
1. Освободившееся время он не дурака проваляет, а потратит на что-то более важное для себя – химию, биологию, какую-то практику. 
2. Кто сказал, что обычная школа ставит пятёрки за какие-то реальные знания? 
3. Кто сказал, что справочный материал школьных учебников – лучше, чем яркое, концептуальное понимание сути предмета?

В общем, и тут можно найти оптимальное решение. Кстати, на деле мало кто отказывался от повторных общеобразовательных циклов: через год погружения менялись, совершенствовались, и их снова было интересно проработать.

Через два года ребята начали с удовольствием заканчивать школу в 14-15, а некоторые даже в 13 лет. И поступали в наши договорные вузы – и учились довольно успешно. Программа была наша, адаптированная, но доценты и профессора, работающие с нашей детворой, не жаловались. Трудности были только в том, что некоторые студенты ещё на научились быстро писать и работать с литературой. Но эта проблема вполне разрешима – нужно только сделать больший упор на языковые навыки.

Ранних студентов было около трети. Ещё треть — бывших отстающих — спокойно и не торопясь сдавала зачёты на средний балл и училась до конца. Их никто не торопил. Эти ребята проявляли себя в разных практических делах, коих всегда было достаточно.

ОЦЕНИВАНИЕ УЧЁБЫ

Оно было простым: зачёт в конце недели.
В маленьких журналах отмечалась только посещаемость – чтобы знать, кто болел или был занят чем-то другим. Дневников и оценок не было. Ребята не дёргались, не боялись наказаний или вызова к доске. Они раскрепостились и быстро захотели учиться!

Зачёт – вообще разумная форма оценки. Отработал погружение – покажи, что наработал. Однако, тут многое зависит от учителя. Если ты ставишь оценки за “старание” или по доброте своей душевной – никто не будет работать всерьёз!

Чтобы снять психологический шаблон, зачёт оценивался не оценками, а уровнями. Третий уровень – высший, второй – средний, первый – низший. Но первый уровень не означал “трояк”, а означал – “сдал зачёт”, так же как и другие уровни. Сдал – на своём уровне, по-своему. Тут как бы учитывались особенности ученика. Позже многие вернулись к привычному шаблону, и уровни стали означать оценки. Но те, кто понял разницу – выиграли.

Важно чётко обозначить для себя, за что какой балл будешь ставить. Первый уровень – если ученик знает все определения. Второй уровень – если может объяснить все процессы. А третий – если на зачёт мне приносят собственный графический концепт (обобщающий схематический рисунок) всего погружения, и защищают его устно. А если и определений не знает? Тогда просто незачёт. Хочешь – пересдавай, а хочешь – жди следующего года. Всё это объявляется ребятам в самом начале погружения. Третьих уровней было достаточно!

На зачёте я весел и неподкупенен. Никто не может сдать зачёт за красивые глазки. Некоторые пробуют кокетничать. С той же улыбкой, со всей своей симпатией отправляю таких на переподготовку. Без обид! Личная симпатия и учебный результат – как удав и кролик. Они должны быть выражены максимально, но строго раздельно! Смешать их – перечеркнуть весь смысл работы.

На третий год, когда идеология достигла апогея, Шеф принимал экзамены очень тенденцоизно: явно завышал оценки за “духовность”. Но это – отдельная история.

Комментарии закрыты.